PedagogikaFine

Я, как и все московские психологи-эксперты, привлекаюсь к различным мероприятиям по оказанию помощи населению. С работой специалистов по посттравматическому стрессу, а именно так называются клинические психологи, которые работают с жертвами терактов, мне пришлось близко познакомиться при подготовке очередного телевизионного сезона «Улицы Сезам». Теракты – это новая реальность, в которой растут дети во многих странах мира – Израиле, США, Франции, Испании, Турции, России.

Справка для родителей

Дети сразу попали в число жертв самых крупномасштабных террористических актов в России, начиная со взрывов домов на Гурьянова и Каширском шоссе в 1999 году. Вокруг взорванного дома стояли четыре детских сада и одна школа, что, конечно, просчиталось террористами. В результате терактов на улице погибло 223 человека. 18 человек стали жертвами взрыва жилого дома в Волгодонске. В этих терактах, по разным оценкам, погибли от 10 до 15 детей. А места взрыва становились эпицентрами распространения страхов среди взрослых и детей. Теракт 1 сентября 2004 года в бесланской школе № 1 стал самым крупным и шокирующим в хронике терактов в России. В результате захвата заложников в Беслане, по официальным данным, погибли 330 человек, более 700 ранены. Среди погибших – 156 детей.

По сообщениям СМИ было видно, что уже в первые часы после терактов в Волгодонске, Москве, а потом и в Беслане самые крупные и влиятельные организации заявили о своей готовности помогать пострадавшим, принимать участие в психологической реабилитации детей. Это ассоциация экспертов детства во главе с детским нейрохирургом Леонидом Рошалем, специалисты Института психологии РАН, Института психиатрии РАН, Института судебной медицинской экспертизы имени Сербского, Центра психологической и педагогической реабилитации ЦАО г. Москвы, Центра экстренной психологической помощи МЧС России.

Однако реальный опыт работы с жертвами терактов у нас только накапливается. Мы учимся у психологов Израиля, обмениваемся информацией с американцами. Две первые диссертации, в которых хоть как-то ставилась бы проблема особенностей посттравматического стресса после теракта именно у детей, были защищены на базе Института психологии РАН только в 2004 году – совсем недавно. В остальном психологам приходится работать вслепую, полагаясь на интуицию, здравый смысл и профессиональный опыт работы в аналогичных ситуациях.