Поиск на сайте

Что говорить о «цветных»?
Страница 5

Кстати, психологическая фора есть и у провинциалов. Исследования моих коллег из Москвы, Азербайджана, Украины и Грузии показали, что у детей из провинции гораздо раньше формируется установка на более общее гражданство («Я – гражданин России», «Я – гражданин Грузии»), а не узкая установка на место жительство в столице («Я – москвич»). Широта кругозора и открытость установки – более благоприятная почва для интеллектуального и личностного развития. Так что: «не было бы счастья, так несчастье помогло». Понятно, что весь этот потенциал может быть реализован в случае достаточной поддержки со стороны семьи и окружения.

Что касается, бедности и бездомности среди переселенцев, вы не успеете и оглянуться, как они догонят и перегонят наших благополучных детей.

Если вы действительно рассчитываете на то, что ваш ребенок будет успешным и станет как минимум начальником небольшой фирмы, вполне вероятно, что под его начальством окажутся дети бывших переселенцев. С дипломами и высокой мотивацией они начнут очень быстро дышать в затылок москвичам, чье продвижение чаще зависит от статуса и связей родителей. Так стоит ли сеять вражду между ними? Может, лучше научить их сотрудничать, а для начала играть вместе? Грустная история из жизни российских эмигрантов в Париже

То насколько фигура матери определяет жизнестойкость и траекторию развития ребенка (вниз или вверх), я обнаружила в благополучном и великолепном Париже. Принятое в советской практике воспитания замалчивание может привести к тому, что отношения с людьми вообще будут интуитивно восприниматься ребенком как нечто враждебное, непонятное, нежелательное. Не умея общаться, не зная, чего ждать от окружающих, они избегают контактов (я называю этот феномен «культивированным аутизмом»).

Одна из наших встреч с выходцами из России (матерью и ее сыном) была назначена в любимом детьми «Макдоналдсе». Мальчишка принес с собой бумагу и карандаши, «чтобы не было скучно». Мама – обаятельное и инфантильное создание, «вечная девочка» с печальными глазами и измученным лицом. Три года назад приехала в Париж вслед за французским другом, намного старше ее. Их соединила любовь к театру и надежда на лучшее будущее в новом браке. Однако решено было не спешить с формальностями. Отношения, по словам мамы, ухудшились сразу по приезде. Ему нужна была девочка-подросток как компенсация предыдущего неудачного брака и отрада в жизни. Менеджер по профессии, он ориентировался на эмоциональную релаксацию; артистичная натура, он нуждался в обожании и восторгах; «сильный самец», он требовал беспрекословного потакания своим прихотям. Ей же хотелось учиться на режиссера, участвовать в театральных постановках, заниматься здоровьем (своим и сына) – «как все француженки».

В новой семье ребенок стал скоро мешать, вызывать раздражение и получать оплеухи. Маме доставалось тоже: побои, выпихивание за дверь, оскорбления. При том что оба «ребенка» (а как их еще назвать, беззащитных, наивных и бестолковых?) были целиком на содержании у французского «папы», а значит, в его власти. Наша встреча произошла накануне так долго откладываемой свадьбы. Она еще раздумывала, нужна ли свадьба, то есть нужно ли закреплять и без того тягостные отношения зависимости от психопата?

Мальчик, раскрашивая большую машинку, сказал сразу: «Если они поженятся, я не выдержу. Да я его убью, когда вырасту!» А потом: «Он постоянно кричит!» И, наконец: «Я хочу в Россию, там у меня бабушки, тети, дяди, двоюродные сестры. Там много людей, а тут никого нет».

– Но у тебя же есть друзья?

– Только два.

– А сколько тебе надо?

– Сто двадцать пять!

Последняя цифра отражала величину эмоционального голода этого хорошо одетого, уже свободно говорящего по-французски ребенка. В его рисунке было визуальное подтверждение детской арифметики: возле красивого и разноцветного лимузина, на самом краю листа, разместилось большое количество совершенно похожих друг на друга муравьев, которые находились в разных родственных отношениях с моим героем – сестры, дяди, тети. Где-то среди них была и мама. Только французский папа не входил в эту замечательную коллекцию.

У детей, которые постоянно находятся в состоянии эмоционального голода, не развиваются механизмы эмпатии (сопереживания), а отношения с людьми схематизируются и обесцвечиваются. Самые близкие люди превращаются в маленьких и просто устроенных букашек.

Нужен был психолог или событие, которое бы радикально поменяло жизнь ребенка. Мама с ситуацией не справлялась. После долгих разговоров по телефону, встреч она все-таки приняла решение в своем духе – выйти замуж, но записаться на прием еще к двум специалистам – массажисту (для поддержания тонуса) и психоаналитику (для избавления от детских страхов).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Смотрите также

ИСТОРИЯ И ОБЩИЕ ОСНОВЫ ПЕДАГОГИКИ
Педагогика как наука прочно вошла в жизнь человеческого общества. Ее значение в развитии современного образования, решении задач обучения и воспитания подрастающего поколения постоянно возрастает. ...

Помощь подростку в преодолении трудностей взросления
Вначале дадим самые общие представления о психологической помощи. Далее покажем, как оказывается помощь подросткам, их родителям и педагогам при таких трудностях взросления, как расстройство настр ...

Ребенок растет
Ребенок – это чудо, которое живет рядом с нами. Мы стараемся его оберегать и помогать в развитии. Мы продолжаем задавать себе вопросы: «КАК – общаться, воспитывать, заставлять, наказывать, исправл ...